Школа Своего Дела. Создай бизнес с нуля. Что такое Своё Дело

34 года никаковости. История жизни Виталия Мануковского. Вот это номинация! десницы сами к клавиатуре тянутся. :) Без ложной скромности пророню - моя век - просто-напросто манер никаковости. :) Родился я в Воронеже в несложный рабоче-крестьянской семье показательно 34 года назад. ну-кась семья-то будто один-одинешенек была непростая, родители у меня - народ примечательные и ужасно видимо-невидимо дали мне заправдашнего. От родителя у меня рассудок, аккуратность и предрасположение к разбору, от мамы - размашистая давя, умение лицезреть отменное и шашни к натуре. С раннего младенчества все лето мы с папой коротали в лесу и на речке. Он ишачил посменно по 12 часов и обладал видимо-невидимо выходных. Я ловил рыбу и собирал грибы-ягоды лет с семи. У нас не было дачи, и лес был для нас здоровый кладовой. Оттуда, кроме ягод-грибов, были и орехи, и благоуханные дикие груши и яблоки, и травы, и цветы. А рыбалка была моим подружкам увлечением-развлечением, и всю зиму я поджидал весны - чтоб приняться ездить на рыбалку. Вот этакое у меня было блаженное младенчество. Еще в ребячестве мы зачастую ездили на полдень, будто правило в Лазаревское - доля города Сочи. Там я научился плавать и навеки полюбил воду. позднее пошел в школу, занимался славно, был пятерочником, все воздушно давалось. однако с шестого где-то класса (в коем я перестал быть круглым пятерочником, однако остался первым учеником) помню ужасть получить поганую оценку (очень неприятный), никудышное поведение, правила, кои не хотелось выполнять. эдак я проучился до седьмого класса. И век моя развивалась не в ужасно недурственную сторонку. будто бы это приписать - я пошел не туда. Мы с моими корешами в своих поступках не употребляли совестью. утилитарны совершенно. И это могло завести дальне. однако - летом после седьмого класса я крушу хребет. Компрессионный перелом, месяц в больнице, год невозможно садиться. В восьмом классе я в школу не хожу - школа ходит ко мне. приятели по школе отпадают сами собой. В девятый класс я прусь в новоиспеченную школу - рядком с домом. Там мои ветхие приятели - по ребячьему саду и двору. И совесть у них в чести. Меня шибко исцелили от старых "болезней". Вот эдак дюже мне в жизни подсобил перелом. Школа была из первых, класс тоже. лучшим учеником я уже не был (им был мой дружок Стасик Шамарин - один-единственный золотой медалист), однако входил в пятерку сильнейших. остатние классы школы богаты на впечатления. новая школа, свежеиспеченные народ, свежеиспеченные учителя. Учительница литературы, какая научила меня черкать сочинения (это в девятом-то классе) и, вообще, пробудила шашни к литературному творчеству. Учительница физики, смотревшая к нам, ученикам, будто к равновеликим. Благодаря ей я пошел обучаться на физиологический факультет университета. Она его заканчивала. Летом между девятым и десятым впервинку познакомился с работой. труд приглянулась тем, что приносила копейка. За две недели, по четыре часа в девай - 72 целкового. Всем прочим - не приглянулась. однозвучный, вечно один-одинешенек и тот же процесс - на конвейере я собирал платы для знаменитого магнитофона "Электроника 211 стерео". Дискотеки, первые джинсы, первые кроссовки - если кто помнит, в 1985-м это было ужасно царственно. Первая шашни... Несчастная, однако неимоверной силы - два года не мог отойти. Сейчас разумею, что могла бы быть и райской, однако не осведомил я, будто себя вести. Зато по интенсивности ощущений несчастная шашни ни с чем не поспорит. Я контролировал не один-одинешенек. Выпускной вечер, я жестокий и отчаянный - она уже проронила, что не уважает меня. Танцы до упаду, учительница литературы удивлена тем, что я славно отплясываю. А перед выпускным - феерическая поездка в Москву с мамой - покупать костюм и прочую экипировку к празднику. навал приключений, арест в троллейбусе на Кутузовском за безбилетный проезд, очередности в универмагах. В аттестате - одна четверка среди пятерок. Поступаю на физфак ВГУ, модная специальность - радиофизика и электроника. пристроился. Учеба в университете - море бездельничанья, радости и счастья. один-единственное, что калечило кайф - сессии. Нормально занимался я исключительно начальный курс и один-одинешенек семестр второго. позднее в течение года ничего не ладил, зато напрягался в сессию. Не хотелось получать троек - с ними не платили стипендию. А она была у нас 55 рублей (1986-1991 годы). однако за месяц можно было подготовиться пристойно по всем объектам. необычно если "упасть на хвоста" тому, кто занимался, и готовиться совместно с ним. однако все равновелико это ужасающе тянуло за давлю. Летом было знойно обучаться, зимой сессия наступала залпом после последнего года. непрерывные неудобства. несомненно и надолго отрываться от преферанса, товарищей и дев было солидно. В это фазис (1989 год) все ведомые студенты где-то вкалывали, будто правило, сторожами. А мне подвернулся случай другой работы. Тогда у нас раскрылось видимо-невидимо видеосалонов, а я ужасно уважаю кино, и потому константно ходил в кратчайший - в огромном Дворце Культуры. А поскольку уже в то фазис я интересовался рекламой, то как-то вымолвил своему товарищу, что мог бы в отличие от их унылой рекламы придумать что-нибудь оригинальное. А директором этого салона был Виктор Хабаров, урожденный предприниматель, человек, многому меня научивший. И вот мой дружок возьми и ляпни ему, что я, мол, кумекаю в рекламе и грозился их оригинально прорекламировать. На что директор вымолвил, что - извольте, у них снедать полставки художника-оформителя, кои пустуют. И необходимо исключительно показать себя в деле - нарисовать афишу, эдак чтоб ему полюбилось. Мне выдали травяной щит из фанеры метр на метр - таковские у них были афиши - и велели нарисовать афишу к сборнику мультфильмов, причем эдак, чтоб ее можно было становить и на советские, и на американские сборники. И я взялся за работу. малевать я отродясь не складывал. однако осведомил, что перерисовывать у меня получалось - ну-кась, глядя на манер, я мог нарисовать почитай таковский же, если не ужасно сложно. Первым делом я взял в библиотеке альбом со шрифтами - там были нарисованы неодинаковые варианты шрифтов. позднее придумал композицию. Композиция вышла простая, однако оригинальная. В левом тельном углу был нарисован колобок из мультика "Следствие ведут колобки", в изнаночном верхнем - Микки Маус в мантии волшебника из кинофильма "Фантазия", кой демонстрировал десницей на шафрановую луну в левом верхнем углу, в ней надеялось черкать дату показа. Из изнаночного тельного угла по диагонали реял американский флаг, пластично переходящий в советский. А в фокусе была развеселая шафрановая надпись мультяшными буквами "Сборная программа мультфильмов"! До сих пор горжусь эти щитом. Он верой и правдой предназначался мне все два года моего оформительства. Это было отменное фазис - важнейшее фазис моей жизни. Я исключительно позднее это уяснил. нету, представьте! Я ведь не ишачил. Я творил. И творчество мое было востребовано! На него каждодневно глазели десятки людей - необходимо же им было знать, на какое кино исходить. Я складывал афиши с фантазией, я вкладывал в них давлю. Помню афишу к кинофильму "Джулия" - белокипенный щит, итого несколько цветовых пятен, и неглубоким шрифтом слово "Джулия". притопал мой дружок Чекрыгин, посмотрел и сказал: "Точно Джулия - один-одинешенек в один-одинешенек." А реклама к "Звездным войнам" с черной астральной ночью и пронзительным концом белоснежной планеты? А японская афиша "Красного солнца" с красным солнцем и стилизованными буквами? А красавец-Бэтмен? просто-напросто сказка! Тогда я уяснил, что отродясь не буду ни инженером, ни физиком. За мое творчество мне платили копейка - 53 целкового 50 копеек в месяц. совместно со стипендией это составляло недурную для студента сумму в 108 рублей 50 копеек. Это когда самый многоценный билет в кино стоил 50 копеек, а бутылка пива - 35. Помню, что почитай все отзыил маме, однако мне мирно хватало и на кино, и на мою д/евицу. В то фазис я болел первую двустороннюю шашни, здоровенную, райскую, однако с привкусом горечи. Тогда же у меня предстал интимный дружок Андрей Чекрыгин, с каким мы коротали все раздольное (от афиш и любви) фазис. Мы сидели в моей мастерской летними повечерами, я грунтовал щиты или складывал, Чекрыгин декламировал мне свои стихи, мы вели беседы или царапали революционную пьесу "Купание Красного Коня" под псевдонимами Петров и Водкин. Он - Петров, а я - Водкин. Псевдоним Виктор Водкин остался со мной до сих пор. часом спустя раскрытое окно садились иные приятели и подруги... чародейственное фазис, когда было все - творчество, копейка, шашни, общение, приятели, легкость, раздолье, юность... шашни закончилась разрывом. убитый, я стал черкать стихи. почитай залпом - хорошие. дословнее, я их не складывал - они приходили, а я вносил. Я был в эком состоянии, когда я их почитай слышал, оставалось исключительно подословнее записать. позднее закончился университет. Перед этим я написал диплом про температурные процессы в коллекторе мощного биполярного СВЧ-транзистора, кой целиком придумал сам. Вместо сложного эксперимента, кой было ужасно неохота провождать, нашел несколько формул по этим процессам и вывел свою. Рассчитал по ней все процессы, добавил погрешностей - вышли псевдо-экспериментальные точные. В тотальном, от ленности показал смекалку. Чистовик диплома переписывал в ночь перед защитой. утречком складывал графики. славно хоть диплом отстаивал на английском - никто ничего не уяснил, кроме шефа. Вывод был занимательный - я "выяснил", что эти мои процессы на работу транзистора не действуют. однако - в плоде написания диплома почувствовал тягу к литературному творчеству. Распределили меня в Институт Электронной Техники, где девять месяцев я отработал в отделе по разработке магнитофонов. С выходом на работу после университета я тянул с июня до капута сентября. тяни октябрь будто молодой специалист протянул на стройке. И это было самое развеселое фазис той работы. Вернувшись в отдел, изнывал от хандры, ходил декламировать книжки на технический этаж, складывал стихи на дверях у лифта. При первой возможности с отрадой ушел. Стал дворником, зарплата умножилась в пять один-одинешенек - с 200 рублей до тысячи. У дворников ужесточили обстановка труда - на объекте необходимо было быть тяни девай - ушел. Старший дружок и бывший начальство придумал передвижные кинопоказы - в различных залах мы крутили тематическую нарезку из кинофильмов и один-одинешенек картина целиком. Были у нас программы с боевиком, мелодрамой и эротическим кинофильмом. Я складывал сценарии этих мероприятий и выступал перед публикой будто кинолектор. До сих пор помню этот ужасть - выйти на сцену и выговорить заученные слова. 1992 год. видимо-невидимо стихов, новая шашни (безответная, однако с почитай мексиканской мелодрамой - очертишь таковскую в рассказе, промолвят - эдак не бывает), масса различных дел. Я разгружал вагоны с покрышками, складывал товарные знаки, складывал документы для страховой братии, торговал колготками, носками, книжками Бродского "Письма римскому другу". Познакомился с девахой по объявлению в газете. приступил черкать рассказы и сказки. Финал - мама в отчаяньи устраивает меня инженером по медоборудованию в заводскую больницу. Тоскливое фазис. Я приходил на работу в 10, уходил в 15, приходил домой и ложился дрыхнуть. ладить на работе было нечего и праздность ужасающе давило. В капуте последнего года меня находит мой однокурсник Олег Евстигнеев и начинает теребить. пробудись, высказывает, пора заниматься бизнесом. Я бужу дружка Чекрыгина - он показательно в таковский же спячке, мы начинаем шевелиться. Вчетвером (был еще дружок Олега) решаем что-то ладить, чем-то торговать. Мы с Чекрыгиным жаждем нагореть в ящик - телевизор - вести там придуманную нами программу "ДилетанТВ". В плоде оказываемся отделом рекламы фирмы "Криста" - дилера "Ксерокс". эдак начинается моя век в рекламе - 1993 год. Я становлюсь трудоголиком, ишачу по 10 часов, хо

Другие статьи

buy xenical orlistat